evrica_taurica (evrica_taurica) wrote,
evrica_taurica
evrica_taurica

Э м м а у с

Паскаль Даньян-Буве
*
Мы варили уху
В котле
Без берегов:
Щука старая без зубов,
Линь золотой да молодой,
Стерлядь приблудная — хвост трубой.
Пар над варевом вился, рыл
Тьму избы — белизною крыл.
Петр курил — табак-лебеда;
В кольца вилась его борода,
Серебряная, как водка-ртуть.
Фома голову кинул на грудь,
Думая — про бедняков и царей —
Думу, угрюмее жизни всей.
А сумасшедший рыбак Андрей
Пялился, рожи в зеркальный обломок
Корчил, брыкался, как из постромок
Бьющая — лошадь — копытом — в наст:
«Один... из ва-ас!.. Меня!.. предаст...»




Я ложкой ушицу в котле мешал.
Волосья мужицкие, вроде мочал,
Я созерцал. Тройная уха...
К стопочке, Господи... без греха!..
«Иван, а Иван! Пошто так румян!
О девке думашь?!.. не скроешь обман!..»
«Рыбу-то всю нам... эх, переварил!
Ликом собачен, да взором мил!..
Кончай ополовником булькать жир...
Вкусим от щедрот, пока Бог к нам щир!..»

Голоса, гудящие голоса...
Над теменем — на доске — туеса...
Надо лбом — на потолке — алая полоса...

Кто бормотал про Бога?.. Андрей,
Бесноватый, рыбацкий, злой иерей?!
Глянь — у дверей:
У притолоки — стоит
И то ли смеется, то ль плачет навзрыд
Мужик. Весь в мышиной поскони глухой.
А в бороденке — шершень сухой.

ГОСПОДИ, ТЫ ЛЬ?
Я — В НОЧИ.
СТАРЫЙ КОВЫЛЬ
ИЗ СНЕГА ТОРЧИТ.

ГОСПОДИ, МЫ ЛЬ?!
СИРОТЫ ОДНЕ.
СИЛЬНЕЙ В БАНЕ МЫЛЬ
СПИНУ ГРЯЗНУЮ МНЕ.

И выловил я линя черпаком
И брякнул не в миску — на доски стола!
На, Господи! Ты ж мастаком
Был — рыбе обгладывать удила!
Мясо подводных царей — обонять...
Хребет да хорду кидать котам...
Господи, а тяжело умирать,
Скажи?! А как там за гробом... ТАМ?..

Он шагнул ближе. «Сойти с ума», -
Закрестился Петр, и хриплый бас
Исторг из себя почернелый Фома:
«А меда сотового нету у нас», -
И заплакал. Слезы искрили в бороде,
Как бисер девкин, что на грудях
Рубах вышивают. «Где жив Ты?! Где?!»
«НИГДЕ», - порхнул, как из печки прах.

Еще ближе Он ступил к столу.
Я, как во сне, глаза уставив в глаза
Его, вытянул стерлядь-иглу
С глазом мертвым, как бирюза.
«О, благородная рыба, люблю...
Теперь вы Меня кормите — не Я вас...»
И я, шатаясь, как во хмелю,
Вычерпнул щучьей икры топаз.

Рыбалка, рыбалка, да чернь-изба!
Да запах волчьей шкуры от дров!
Из миски глядела щука, слепа,
На Переступившего смертный ров!
Глядели все мы — отнялись языки -
Во-сколько-там пар помешанных глаз -
На Того, чьи летели стопы, легки,
А улыбка — в небеса узкий лаз,
А рука... воздетые пять свечей
Над черепом — полным ухи чугуном
Сожженным... «ЕСМЬ НИГДЕ И НИЧЕЙ», -
Повторил еще, как плеснул вином.

И глаз лишь с меня Он не сводил.
И я далеко зашвырнул черпак.
И Он шепнул: «Что ты видел?.. кадил
Ладаном рыбам, Иван ты дурак?!..»
Я чуял — щеки жжет изнутри
Львиной казнью — пещерным огнем.
И я зажмурился. НЕ СМОТРИ.
Ты ж видишь — в избе ярко, как днем.
Жестокий свет! Непомерный свет!
Не для очей, не разума для...

Он бросил Петру с табаком кисет,
А мне: «ИВАН ГЛЯДИ СМЕРТИ НЕТ
ИДЕМ СО МНОЙ ВЕЛИКА ЗЕМЛЯ»

И улыбнулся — беспомощно так,
Глазного зуба вместо — дыра...
И поднял с полу сосновый черпак.
И вышептал: «Я не смогу... до утра...»

И пятился — колкой поземкой — к двери -
Свистел — сходил на нет — исчезал —
Светился — меж ребер — во тьме — изнутри -
Словом — что не успел — не сказал -
И я за Ним шел; как тяжко больной,
Как старец — в последнем — с одра — бреду...

«НЕ ПЛАЧЬ ИВАН ТЫ И ТАК СО МНОЙ
И Я ОТ ТЕБЯ НИКУДА НЕ УЙДУ»

И дверь распахнулась во згу — стук! -
Будто мордою волк толкнул,
И не расцепляли сцепленных рук
Мужики, над избою заслышав гул;
И звезд рисунок по дегтю играл
То щукой, то стерлядью, то линем...

И я вдруг вспомнил, как Он умирал.
И рот заткнул себе рукавом.
**************************************


Это стихотворение принадлежит перу Елены КРЮКОВОЙ.
Знакомство с поэзией Елены произошло давно, ещё в 80-е, но по-настоящему я стала узнавать этого Автора только сейчас
.

Это какое-то гениальное пророческое бормотание


Репортаж изнутри черепной коробки, подключённой к световым диодам мироздания.

Словооглашение невыразимого, проблеск Всеведения

Поначалу образы бомбардируют сознание, как метеориты. Космические наблы и тимпаны  придают торжественность оркестровке.

Пульс, нерв, темперамент  = температура кипящей  лавы !

Но когда поэтическая вселенная , сотворённая на наших глазах, обретает цельность, мы видим кроткий взор из-под Отцовской любящей руки.

Видения блаженной Елены, глядящей внутрь себя, на галактическую спираль, уводящую в бесконечность. Это мир, населённый цветными смыслами, просвечивающий метаморфозами; словоткань – будто парча с каменьями, с волшебством сияний, когда Свет излучают тростник  и свиток; и прорастает жемчуг  сквозь дёготь и сквозь кровь.

В «век сплавов»  присягать на верность Золотому Веку, вплетать свой мотив в Золотую Секвенцию Песни Песней – её удел.

Этот колдовской биоритм, эта глубинная стихийность. ..Воля и несвобода.

Несвобода пророка, чья гортань корчится  в попытке передать команды Бога.

*


Tags: Елена Крюкова, Поэзия, Эммаус
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments