October 16th, 2012

хокку, сосна

В ночь на 17 октября 1849 года закончилась земная жизнь Фридерика ШОПЕНА

  i(3) …Лондонская сырость доконала больной организм Шопена. Парижские друзья еле узнали Фридерика – так изменила его болезнь. Последние месяцы стали медленным угасанием гения.

Он пытался систематизировать свои мысли о фортепианной педагогике, богатейший методический опыт, но успел сделать лишь наброски плана.

Шопен умоляет приехать сестру Людвику: «Твой приезд будет для меня лучшим лекарством. Если нет денег, займите. Если мне станет лучше, я заработаю и отдам.»

Драматичные строки!

Шопен никогда не делал сбережений. Английские гонорары быстро иссякли. Работать больной Шопен не мог. Сочинения свои он продавал издателям «на вечные времена». Те могли переиздавать шопеновские произведения бесчисленное число раз, ничего не платя автору. Шопен стал продавать вещи.

Джейн Стирлинг и Обрескова (мать одной из русских учениц Шопена) помогли деньгами.

У Шопена однажды вырвались горькие слова о Жорж Санд: «Она мне обещала, что я умру на её руках». Ж.С. хорошо знала о положении Шопена, но была хладнокровна: «Его привязанность давно умерла, он чувствует только угрызения совести».

В начале августа 1849 года Людвика Енджеевич вместе с дочерью Людкой, пятнадцатилетней племянницей Шопена, приехала в Париж и осталась там до самой смерти брата. Величайшей радостью для Шопена было пребывание родных рядом.

* * * * * * * * * * * * *

Шопена лечили в общей сложности 50 врачей (!) – целый взвод шарлатанов, с глубокомысленным видом прописывавших то кровопускание, то серную микстуру, то… «ничего не предпринимать и сидеть спокойно».

Среди тогдашних светил – д-р Рот, д-р Груби, д-р Крювейе, чьи имена говорят сами за себя. При нынешнем развитии фтизиатрии (науки о лечении туберкулёза) Шопену была бы уготована сравнительно долгая жизнь, не отягощённая изнурительными приступами. Кстати, и отец, и мать Шопена были чуть ли не долгожителями по тем временам: мать умерла в 80 лет, отец -  в 73 года; стало быть, наследственность у Шопена была хорошая.

*  * * *  * *  * * * * * *

…Началась агония. Эскулап с напускным добродушием пытался приободрить больного, но Шопен, который мог только беззвучно шептать, произнёс «конец».


Collapse )Collapse )